Народится такое синенькое, маленькое и пищит...
— Девочку бог послал...
— Девочку?
— Ага...
— Лучше бы хлопец!
Вот так и пойдет. Только и слышишь: «Лучше бы хлопец!»
И гусей пасет, и коров пасет, и лошадей в ночном. Да еще рушник или рубашку вышивает. А парень в это время цигарку крутит. И все-таки: «Эх, если бы хлопец!»
Вырастет, день-деньской по хате толчется, спины не разгибая.
А отец выйдет на завалинку, трубочкой попыхивает и жалуется соседям:
— Тебе, Иван, хорошо: два сына! А мне-то каково? Марина да Ульяна. Бабье войско!
Годы идут, а она все стирает, шьет, вышивает, прядет, варит... и ждет, ждет, пока какой-нибудь «принц» в картузе набекрень с папироской в зубах сплюнет и небрежно так процедит:
— Может, я тебя, Ульяна, посватаю... Еще не совсем надумал... Может, тебя, а может, Ониську... Погляжу еще...
Потом все же находится какой-нибудь «принц» на ее голову. И ходит по хате важный, как индюк.
— Наварила?
— Сорочку выстирала?
— А свиньям вынесла?
— А сапоги мне почистила?
— Ты мне не того... А то я тебя того...
А потом заводится и у нее маленькое, синенькое и пищит.
Она к «принцу»:
— Может, ты бы, Степан, ребенка подержал, пока я хоть причешусь.
— Ты его выродила, ты и держи. Оно мне без надобности.
И так всю жизнь!
Девчата! До каких же пор оно вот так будет?!